Скромное обаяние феминитивов

Язык – то, что формирует и упорядочивает наше восприятие реальности.

Поэтому если мы хотим изменить сознание, мы должны изменить практику словоупотребления.

Это не значит, что язык должен стать однороден. Языком пользуются разные социальные группы, сообщества, субкультуры. Я не знаю языка компьютерных геймеров, но он от этого не перестает существовать. Благодаря разнородности общества язык впитывает диалекты, сленг, жаргонизмы, устойчивые словосочетания, термины и непрерывно пополняется заимствованиями из других языков. Можно радеть за его чистоту, придумывать этим словам заменители с корнями из родного языка, как делают французы и шведы, но от этого язык не перестает изменяться – просто он изменяется по-другому.

Лингвисты не считают язык мертвой структурой. Составляя справочники и отвечая на вопросы о правильности словоупотребления, они ссылаются не только на существующие грамматические правила, но и на устоявшиеся языковые нормы. И очень часто ответа нет, потому что норма находится в процессе выработки.

В этой статье я хочу развеять мифы и страхи по поводу феминитивов.

Во-первых, феминитивы были и есть во многих языках, в их существовании нет ничего противоестественного. Феминитивы могут даже не иметь коннотации с феминизмом. Во многих языках их применение гораздо более массовое и системное, например, в арабском или немецком. Кстати, в арабском языке окончание женского рода приобретает не только само существительное, но и все, что к нему относится в предложении – глаголы, прилагательные, а также местоимения, его заменяющие. Более того, даже во множественном числе местоимения имеют разную форму в зависимости от того, о ком речь – мужчинах, женщинах или смешанной группе. «Они-женщины» это совсем не «они-мужчины». Это в арабском языке поражает не менее, чем количество слов  – в несколько раз больше, чем в русском (400 тысяч одних корней). Причем, непреложность и вездесущность феминитивов в нем, скорее, имеет отношение к гендерной сегрегации и второстепенности женского (окончание женского рода – буква «та марбута» имеет значение «зависимая», «связанная» «та»).

В немецком языке феминитивы  от профессий  и видов деятельности – то же плоть от плоти, совершенно естественная часть языка.  Просто к словам мужского рода добавляется суффикс «in»: Künstler-Künstlerin, Lehrer-Lehrerin.

Во французском языке, как и в русском, феминитивы образуются при помощи различных суффиксов. Французская академия, регулирующая употребление французского языка, отвергала создание новых феминитивов, но в 2019 году признала правомерность их употребления в названиях профессий, титулов и должностей, когда речь идёт о женщинах.

В английском с феминитивами как-то плохо, ввиду отсутствия функционала. В нем феминитивы существуют только для составных слов со второй половиной man и образуются при помощи замены man на woman – «мужчины» на «женщину»( businessman становится businesswoman), что, однако, отличается от аналогичной практики в русском языке («бизнесвумен», но «спортсменка», а не «спортвумен»).

Ну а в русском есть все функциональные возможности – через край, с избытком – всевозможные суффиксы, окончания женского рода. Мы счастливые люди, могущие выразить разнообразные оттенки отношения к предмету через суффикс! J

Необходимо провести грань между просто словами женского рода и феминитивами. Необходимость феминитивов часто подвергают сомнению из-за того, что в русском языке множество существительных, которые не имеют парной формы и относятся только к женскому или только к мужскому роду. «Банка» – не феминитив от «банка», феминистки не требуют в ресторанах зарезервировать «столиху», а самые важные части тела – руки, ноги и даже голова – женского рода.

Феминитив – это производное от слова мужского рода, определяющего человека (животное) (обычно обозначающего профессию, род занятий, место проживания, национальность или возрастную группу, в случае с животными – вид). В то время как большинство неодушевленных существительных имеют один из трех закрепленных за ним родов (но есть и существительные, существующие в двух родах. Табурет/табуретка  – языковой «гендер-флюид»).  43% существительных в русском языке относится к женскому роду.

Зачем же тогда феминитивы, если и так все прекрасно? И на уровне языка у нас не только гендерное равенство, но и ЛГБТ-френдли?

А дело в том, что отсутствия гендерного шовинизма избежал материальный  мир и даже мир животных, знающий не только феминитивы, но и совершенно отдельные для обозначения особей женского пола (бык-корова), но не избежал социальный, человеческий мир. Именно в нем развернулась «битва полов».

Социальный престиж прежде всего связан в нем с профессиональной деятельностью. И именно здесь в русском языке прочно узурпировали власть существительные мужского рода.

Вернее, феминитивы и названия профессий, существующие изначально только в женском роде, естественным образом приживались в тех сферах, где работали женщины. А это в основном сфера репродуктивного труда (акушерка; бабка-повитуха), знахарство (колдунья, гадалка)  и секс-услуги (проститутка). Позже привились феминитивы в профессиях, связанных с сельским хозяйством, образованием, сферой услуг, медициной и театром, искусством (учительница, уборщица, официантка, продавщица, балерина, танцовщица, художница, певица, поэтесса, писательница, актриса). Небольшое количество названий изначально чисто женских профессий  – прачка, вышивальщица, доярка, медсестра, маникюрша, посудомойка  – феминитивами не являются, их мужские формы появились позднее. Революция и советская власть подарили нам «революционерку», «пионерку», «колхозницу» и вообще «работницу», не имевших никаких отрицательных или насмешливых оттенков. Спорт и Олимпийские игры дали пропуск в большой мир всевозможным спортсменкам, среди которых устоявшихся феминитивов до сих пор лишены лишь представительницы единоборств – борчихи и боксерши пока еще менее легитимны в языке, чем гимнастки, фигуристки, лыжницы, бегуньи и даже шахматистки. Что, в общем, вполне объяснимо всеми теми же попытками сохранить сегрегацию полов и внутри спорта.

Сейчас, когда активность женщин стала обычным явлением практически во всех областях, феминитивы стали необходимы, и их присутствие так же естественно, как и аналогичных слов мужского рода. Однако патриархальное сознание стоит на пути феминитивов, не давая им прорваться в прессу, научные работы, деловую сферу. Оно и понятно: с феминитивами будет сложнее изымать женщин из истории, нивелировать их вклад в человеческую культуру, науку, искусство, технику и т.д.

Феминитивы нужны именно для того, чтобы сделать женщин видимыми в профессиональной сфере, в социуме, обозначить их успехи и достижения. Да, мужской род считается в языке гендерно нейтральным. Однако в обществе до сих пор «нормой человека» считается мужчина, а женщина – некой девиацией нормы (и если и человеком, то второго сорта или человеком со специфическими функциями). Поэтому всегда, когда употребляется название профессии мужского рода, это автоматически воспринимается, как будто речь идёт о мужчинах, а не о женщинах. Возникает ощущение, что кругом одни мужчины, и именно они везде работают, открывают, изобретают и всем управляют. При этом в патриархальном обществе (каким, без сомнения остается не только восточное, но и западное общество) есть тенденция фиксироваться на поле человека, если речь идёт о негативных происшествиях (пресловутая «автоледи», которая постоянно куда-то врезается в дорожных новостях и т.п.) и в то же время игнорировать половую принадлежность, когда идет речь о женских заслугах. Как только пишут, что открытие сделала женщина, так сразу раздаются возмущенные возгласы о важности лишь профессионализма, а не половой принадлежности. При этом не забываем, что специальные отряды диванных добровольцев регулярно выскабливают из русской и английской Википедии не только статьи о феминизме, но и женские имена, статьи о женщинах, добившихся успеха в различных сферах.

Ради иллюстрации приведу маленькие тексты воображаемых новостей:

«Астронавтам удалось установить контакт с внеземной цивилизацией. Это принципиально новый этап исследования космоса».

«Специалисты исследовательской лаборатория ХХХ сделали открытие в области биогенетики».

Какой пол астронавтов и ученых рисует воображение? Правильно, мужской.

При замене на феминитивы – восторг и сенсация! Ну немного у нас еще женщин-астронавтов, еще меньше – женских научных лабораторий. И указание на пол сразу выводит женщин-профессионалов из тени.

Можно обойтись без феминитивов, написав «женщины-астронавты» и уточнив, что открытие в области биогенетики сделали именно «женщины-исследователи».  Но это будет длиннее и тяжеловеснее. Гораздо менее навязчиво, но в то же время точно работает небольшое изменение суффикса (или его добавление) и окончания.

Еще одна претензия к феминитивам – в том, что они выражают чаяния узкой аудитории – феминисток.

Во-первых, социальная группа «феминистки» вполне сравнима с другими источниками пополнения языка – различными субкультурами, профессиональными сообществами и т.п.

Во-вторых, феминитивы призваны делать видимой всю женскую половину человечества. Да, многие женщины-профессионалы избегают коннотаций со своим полом в вопросе профессии и хотят быть «просто врачом, доктором, ученым, журналистом». Но это – баг патриархата – мизогиния, прочно пустившая корни в сознание людей и  заставляющая женщин изобретать адаптационные практики. Избегание указания своего пола – одна из них. Потому что все женское считается в патриархате плохим, слабым и второсортным.

И это мы можем исправить как раз через феминитивы, нормализующие в восприятии весомый женский вклад в развитие человечества.

Мила Цвинкау